Узбекистан: падение экспорта плодоовощной продукции в первом квартале отмечается второй год подряд – EastFruit

Аналитики EastFruit обращают внимание на затянувшийся кризис экспорта плодоовощной продукции из Узбекистана, который подтверждают даже официальные данные Госкомстата страны. В недавно опубликованном отчете о внешнеторговом обороте Узбекистана за январь-март 2021 года показано, что выручка от экспорта плодоовощной продукции в первом квартале 2021 года снизилась до $133,8  млн. Таким образом, снижение экспорта в первом квартале календарного года за два последних года достигло уже 25% или $45 млн!

Почему же экспорт плодоовощной продукции из Узбекистана снижается и почему данные именно первого квартала календарного года является очень важными для анализа? По мнению Андрея Ярмака, экономиста инвестиционного департамента Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО), причин поступательного снижения экспорта узбекской плодоовощной продукции много.

«Ключевой причиной снижения плодоовощного экспорта Узбекистана я считаю проблемы с пониманием современной концепции качества фруктов и овощей в стране. Поясню на простом примере: будучи лишь одной из менее чем 10 стран мира, которая имеет доступ к самому прибыльному для поставщиков рынку черешни Китая, и убирая около 150 тыс. тонн черешни, Узбекистан может найти набрать лишь несколько сотен тонн продукции, соответствующих требованию китайских импортёров, да и то лишь в сравнительно низком ценовом сегменте.  Это гораздо меньше 1% производства!», — говорит Андрей Ярмак.

«Вторая серьёзная проблема – это слишком высокая зависимость от поставок плодоовощной продукции на рынок России. На рынке овощей и фруктов России в последние годы происходят очень неприятные для узбекских поставщиков тенденции. Прежде всего, там растут требования по качеству продукции, приближаясь к тем, которые существуют в других странах мира. Однако, на фоне роста стандартов качества, требующих от производителей более значительных инвестиций в выращивание и доработку продукции плодоовощной продукции, в России также снижаются доходы населения. И как «вишенка на торте» этих проблем – местное производство плодоовощной продукции, особенно в сегменте тепличных овощей, стремительно растёт. Отмечу также и снижение удельного веса рынков в продажах свежей плодоовощной продукции и роста удельного веса супермаркетов, а ведь именно на рынки попадает основная часть узбекских продуктов», — поясняет эксперт.

Андрей Ярмак отмечает также проблемы изменений климата, которые нужно учитывать узбекским производителям и сложности с инфраструктурой.  «Уже два года подряд Узбекистан теряет значительную часть урожая фруктов из-за климатических изменений. Раннее цветение с последующими заморозками приносят многомиллионные убытки. Поэтому фермерам стоит обращать внимание на технологии защиты от заморозков, на технологии выращивания косточковых фруктов в закрытом грунте и в целом на интенсификацию технологий выращивания косточковых. Также стоит инвестировать в расширения сезона их выращивания, т.к. в Италии, например, свежий абрикос убирают и продают в течение 8-9 месяцев в году, а в Узбекистане – всего лишь 2-3 месяца. А чем дольше ты присутствуешь на рынке, тем более ценным клиентом ты будешь для импортёра», — добавляет экономист ФАО.

Среди других важнейших аспектов, по мнению Андрея Ярмака, является интенсификация усилий по маркетингу продукции и более быстрого выявления глобальных тенденций. «Например, в Узбекистане почти никто не выращивает голубику, хотя она может здесь прекрасно расти. Более того, уже более 10 лет голубика является наиболее трендовым товаром мирового плодоовощного рынка и очень прибыльной культурой, но в Узбекистане этих тенденций просто не замечают! Ещё один пример – это земляника садовая (клубника), которая даже в соседнем Таджикистане производится намного эффективнее. Это крупнейший товар в категории ягод, который бы мог приносить миллионные доходы Узбекистану при экспорте в свежем и замороженном виде, причём поставлять её свежей на экспорт Узбекистан мог бы круглый год. Однако на неё не обращают внимания. Зато, зачем-то выращивают поздние сорта яблока с прицелом на экспорт. Ещё один важный момент – это инфраструктура хранения и доработки продукции. Узбекистан почти всегда является самой дорогой страной для покупки овощей и фруктов потребителями в регионе в зимне-осенний период, что говорит о недоразвитости инфраструктуры. А ежегодное снижение экспорта плодоовощной продукции в первом квартале календарного года лишь подтверждает, что ситуация с хранением и доработкой существенно не улучшается», — говорит Андрей Ярмак.

Если вернуться к статистике экспорта за первый квартал, то нужно заметить, что официальные данные всё-ещё слишком оптимистичны. Реальное снижение плодоовощного экспорта, мы считаем ещё более существенным, потому что значительную часть экспорта «плодоовощной продукции Узбекистан», по мнению официальной статистики, составляет маш и другие сушёные бобовые, которые не должны учитываться в экспорте плодоовощной продукции. Эта категория товаров относится к группе зернобобовых и должна анализироваться в этой категории товаров, т.к. специфика их хранения, логистики, использования, торговли, размещения в сетях супермаркетов кардинально отличается от плодоовощной продукции. Да и торговлей этой категорией товаров, занимаются, как правило, зерноторговые компании.

Так вот, удельный вес категории сушёных бобовых, которые ошибочно при анализе рынка часто относят к плодоовощной группе в Узбекистане, постоянно растёт. Но растёт не только удельный вес, но и реальные объёмы экспорта. В 2019 году на них приходилось около 16 всего плодоовощного экспорта и почти 39% всего экспорта «овощей», хотя к овощам этот продукт не относится.

Соответственно, несмотря на то, что статистика показывает небольшой рост выручки от экспорта овощей в первом квартале 2021 года, на самом деле он, вероятнее всего, достигнут не за счёт овощей, а за счёт сушёных бобовых. Косвенно это подтверждается данными роста поставок сушёных бобовых в Китай в 2021 году, о которых мы писали здесь.

Источники: Отчеты Госкомстат Узбекистана о внешнеторговом обороте за январь-март 2021, 2020 и 2019 гг., публикация в Telegram канале Госкомстата. 

Аналитики EastFruit обращают внимание на тот факт, что в отличие от предыдущих лет в данном отчете объемы экспорта винограда в свежем и сушеном виде впервые указаны по отдельности, т.е. разделены. Кроме того, в других публикациях Госкомстата также разделили объемы экспорта по группе “плоды и ягоды” на свежую и сушеную части.  Это уже определённый прогресс.

Как видно из таблицы, второй год подряд в январе-марте наблюдается снижение объемов экспорта винограда (свежем и сушеном виде). Причём снижение экспорта винограда и изюма ускоряется. Ведь те сорта винограда, которые выращивает Узбекистан, к сожалению, сложно продать за пределы постсоветского пространства. Но и там спрос на них снижается, т.к. новое поколение предпочитает более современные бескосточковые сорта, а также более современные подходы к их упаковке и презентации.
Кстати, на фоне снижения экспорта винограда, вызывает сомнения статистика производства. Согласно данным Госкомстата Узбекистана, производство винограда в 2019 году выросло на 0,3% по сравнению с 2018 годом, а в 2020 году  увеличилось на 2,2% к предыдущему году. На фоне роста производства винограда, снижение экспорта винограда и изюма выглядят не вполне объяснимыми.

Единственной позитивной новостью можно считать рост экспорта арахиса. Однако выручка его остаётся незначительной в общей структуре плодоовощного экспорта страны. Естественно, что учитывая специфику подачи информации и наличие в ней товаров, не относящихся к плодоовощной продукции, анализировать географическую структуру экспорта овощей и фруктов Узбекистана не имеет смысла.